Не теряем ли мы себя — и уверенность в себе, когда полагаемся на советы раввинов?
Что такое айн това? И как научиться смотреть на мир добрым глазом?
Раввин — о притче из седьмой главы «Государства» Платона
Можно ли в принципе заключать сделки с Творцом? А если можно, то какие и как?
Израиль сейчас проходит через невозможный выбор. И одновременно — судьбоносный.
Как люди выбирают мировоззрение и по силам ли человеку его сменить
Правда ли, что Талмуду в современных ешивах уделяют гораздо больше внимания, чем Торе?
Как из древних откровений выводятся законы, по которым евреи живут в современном мире?
Что лежит в основе этой силы, что ее питает и поддерживает? И как еврею не растратить ее попусту
Как понимают мир евреи? И какие у еврейского мировоззрения корни?
Чем лесть отличается от похвалы? И всегда ли льстить плохо?
Задайте вопрос, поделитесь сомнением, радостью или болью, оставьте комментарий, узнайте больше о деятельности общины
Духовный отец религиозного сионизма
Сколько людей нужно было зарезать, чтобы получить титул флорентийского гуманиста
Чем лауреат Нобелевской премии, поэт и легенда американской музыки заинтересовал раввина?
Чем ординарный еврей в Пруссии отличался от экстраординарного
Если еврей может повлиять на мир между двумя сторонами, то он должен сделать для этого все
Уважение к родителям — одна из десяти главных заповедей Торы. В чем именно должно проявляться это уважение?
Рав Гедалья Шестак — о легенде израильской военной разведки
Из-за чего Эдгару Келли отрезали уши и что скрывает ребус на могильной плите рава Давида Ганца?
Голда Меир плохо говорила на иврите. Что не помешало ей стать одним из самых ярких премьеров Израиля
Почему раву Элиягу бен Шломо Залману так и не удалось сделать голема
Как отпрыск раввинского рода стал ненавистником евреев и расистом
Раскрываем секреты еврейского отношения к работе. Какие ее виды евреи считают «правильными»?
Одни считают его героем, другие — предателем. В любом случае, для Израиля Ариэль Шарон — фигура ключевая
«Шутить с Бродским? Тот как выедет в своей карете — Крещатик дрожит!»