От любви до ненависти

Израиль сейчас проходит через невозможный выбор. И одновременно — судьбоносный.

Антисемитизм в Израиле — звучит как оксюморон. Однако жизнь, увы, дает поводы задуматься об этой проблеме

Арабо-израильский конфликт глазами не только историка, но и раввина

Мы все время мечтаем о мире, но ни одна историческая эпоха не обходится без войн. Почему?

Что такое айн това? И как научиться смотреть на мир добрым глазом?

Еврейский взгляд на юриспруденцию

Для евреев Амалек — олицетворение зла, бороться с которым Всевышний призвал буквально в самой Торе

Кем были люди, заслужившие называться праведниками. И может ли стать праведником обычный человек

Почему духовный уровень людей снижается, а время Машиаха, тем не менее, все ближе?

Почему в иудаизме считается, что сами люди всякий раз решают, когда наступает новый месяц

Уважение к родителям — одна из десяти главных заповедей Торы. В чем именно должно проявляться это уважение?

Почему раву Элиягу бен Шломо Залману так и не удалось сделать голема

«Шутить с Бродским? Тот как выедет в своей карете — Крещатик дрожит!»

Сколько людей нужно было зарезать, чтобы получить титул флорентийского гуманиста

Голда Меир плохо говорила на иврите. Что не помешало ей стать одним из самых ярких премьеров Израиля

Чем лауреат Нобелевской премии, поэт и легенда американской музыки заинтересовал раввина?

Если еврей может повлиять на мир между двумя сторонами, то он должен сделать для этого все

Раскрываем секреты еврейского отношения к работе. Какие ее виды евреи считают «правильными»?

Из-за чего Эдгару Келли отрезали уши и что скрывает ребус на могильной плите рава Давида Ганца?

Как отпрыск раввинского рода стал ненавистником евреев и расистом

Одни считают его героем, другие — предателем. В любом случае, для Израиля Ариэль Шарон — фигура ключевая

Рав Гедалья Шестак — о легенде израильской военной разведки

Духовный отец религиозного сионизма

Чем ординарный еврей в Пруссии отличался от экстраординарного